КЭС изучила вопрос о сомнениях адвокатов в достоверности полученных от доверителя документов.

КЭС изучила вопрос о сомнениях адвокатов в достоверности полученных от доверителя документов.

 

Рассмотрен проект разъяснений Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам о применении профессиональных этических норм в такой ситуации.

Мнения по самому сложному вопросу: имеет ли адвокат право или он обязан представить документы и информацию суду (или иному официальному органу), если в их достоверности у адвоката есть сомнения, разошлись.
Сегодня состоялось заседание Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам, на котором был рассмотрен проект разъяснений по вопросу применения профессиональных этических норм в случае, когда у адвоката имеются сведения, вызывающие сомнения в достоверности полученных им в целях представления суду документов или информации, оправдывающих доверителя, в том числе полученных от самого доверителя. Провел заседание президент ФПА РФ, председатель КЭС Юрий Пилипенко, который и направил соответствующий запрос в КЭС, о чем ранее писала «АГ». В запросе отмечалось, что в соответствии с п. 7 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката «при исполнении поручения адвокат исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки». При этом адвокат может обладать информацией, которая в разной степени влияет на его убежденность относительно достоверности полученных от доверителя документов и информации: от полной убежденности в их достоверности до уверенности в их недостоверности и разной степени сомнения в достоверности между этими крайними позициями. В связи с этим у адвоката вполне обоснованно могут возникнуть этические сомнения относительно необходимости и возможности принятия того или иного процессуального решения. Для разрешения этих сомнений Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам следует предложить дать рекомендации по следующим вопросам: 1. Допустимо ли представление адвокатом суду (или в адрес иных официальных органов) документов или иных доказательств, полученных от доверителя, если для адвоката очевидна их недостоверность? 2. Допустимо ли представление адвокатом суду (или в адрес иных официальных органов) документов или иных доказательств, полученных от доверителя, если у адвоката существуют лишь сомнения (в большей или в меньшей степени) в их достоверности? 3. Если такое поведение допустимо для адвоката, то является ли это правило диспозитивным или императивным: адвокат имеет право представить или адвокат обязан представить документы и информацию суду (или в адрес иных официальных органов), если в их достоверности у адвоката есть сомнения? 4. Должна ли быть различной степень сомнения адвоката в достоверности полученных от доверителя документов и информации при решении вопроса о представлении их суду (или в адрес иных официальных органов) в зависимости от вида судопроизводства? В частности, в судопроизводстве, в котором действует презумпция невиновности доверителя (уголовном, об административных правонарушениях), и в судопроизводстве, где такая презумпция отсутствует (гражданском, арбитражном, административном и т.п.). 5. Зависит ли поведение адвоката в подобных ситуациях от процессуальной фигуры доверителя, которого он представляет, в частности если адвокат защищает в уголовном процессе обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) или адвокат представляет потерпевшего? 6. В случае представления суду (или в адрес иных официальных органов) документов или информации, в достоверности которых у адвоката есть сомнения, обязан ли адвокат обосновывать доводы в пользу достоверности этих документов или информации? В ходе обсуждения проекта разъяснений отмечалось, что адвокат, безусловно, исходит из презумпции достоверности документов и информации, представленных доверителем, и не проводит их дополнительной проверки. В то же время он не должен представлять суду заведомо сфальсифицированные документы. Во время дискуссии по этому вопросу высказывались мнения, что в разъяснении следует, с одной стороны, минимизировать риски, которым может подвергнуться адвокат в связи с представлением документов, достоверность которых не подтверждена, а с другой – сопоставить теоретические вопросы этики и тактики защиты. Кроме того, как сказал первый вице-президент ФПА РФ Евгений Семеняко, необходимо «решительно сопротивляться попыткам лишить адвокатов права на сбор информации». Мнения по самому сложному вопросу: имеет ли адвокат право или он обязан представить документы и информацию суду (или иному официальному органу), если в их достоверности у адвоката есть сомнения, разошлись. В связи с этим КЭС решила продолжить работу над проектом документа и уточнить некоторые формулировки. Разъяснение с учетом высказанных мнений должно быть универсальным, но в то же время учитывать процессуальные особенности различных дел. Окончательный текст проекта разъяснения планируется подготовить к майскому заседанию Совета ФПА РФ. Напомним, ранее президент ФПА Юрий Пилипенко пояснял, что поводом для обращения в Комиссию стало «обострившееся положение дел с адвокатами, осуществляющими уголовную защиту и подвергающимися уголовному же преследованию за свою профессиональную деятельность».

По материалам: https://www.advgazeta.ru